Неудобный депутат

Газета "Вольская неделя" от 08.04.2014

«Во время всеобщей лжи говорить правду – это экстремизм», - утверждал Джордж Оруэлл, автор антиутопии «1984» про воровское тоталитарное государство и всевидящего Большого Брата. Депутата Горсовета Сергея Ашихмина в экстремизме пока никто не обвинял, но, судя по тому, как некоторые представители местной бюрократии на него посматривают, наверное, кому-то этого очень хочется.

Всего за полгода своей работы в Горсовете владелец кафе «Блюз» и «Вольскшинсервиса» показал себя человеком, который обладает собственным мнением и умеет его отстаивать. Он заступился за жителей тапочкиной фабрики, когда гораздо «полезнее» было помалкивать, соглашаясь с администрацией и застройщиком. Он вступил в ЛДПР, когда гарантия политической карьеры – это дружба с «Единой Россией». Сергей Васильевич поделился с «Вольской неделей» рецептом, как победить коррупцию в Вольске, верно ли, что один в поле – не воин, и по каким причинам он решил примкнуть к либерал-демократам.

- Сергей Васильевич, готовы ли вы довести до конца дело жильцов тапочкиной фабрики?

- Я не берусь за дела, которые не могу довести до конца. Конечно, доведу! Когда я впервые озвучил проблему, то услышал, что в бюджете на это денег нет. Ну, что значит «денег нет»? У нас есть застройщик, и срок гарантии на построенный им дом еще не истек. Мнение о том, что застройщик осознал свою вину и готов все исправлять, на мой взгляд, несколько преувеличено. Сейчас «Элитстрой» пытается оспорить через арбитраж нашу экспертизу, по которой первый этаж признан подвальным. Ведь устраивать жилые помещения в цоколе или подвале запрещено законодательно. О чем это говорит? Наверное, о том, что застройщик пытается искать какие-то лазейки. Не исключено, что это им нужно для дальнейшей строительной деятельности. Решением этих вопросов мы и занимаемся сейчас в рабочем порядке.

- На определенном этапе вам содействовала администрация. Не испытываете ли теперь психологического дискомфорта из-за того, что стали таким неудобным для нее депутатом?

- Если вы про угрызения совести, то – ни капельки. Я сразу дал понять, что присягу им не даю, в вечной любви и дружбе не клянусь, в «Единую Россию» меня звать не надо! В конце концов выбирала меня не администрация, а население. И дискомфорт я испытываю только тогда, когда не оправдываю надежд, возложенных на меня избирателями. Если я хоть одному-двум сиротам помогу добиться нормального, положенного им по закону, жилья, то уже смогу сказать, что не зря в горсовет пошел. И что значит «неудобный депутат»? Настоящий депутат отнюдь не должен напоминать плюшевого медвежонка. Он не должен быть удобным для чиновников! Это же представитель избирателей! К сожалению, некоторые забывают о том, что представительная власть должна контролировать исполнительную, а вовсе не наоборот.

- Говорят, что в вашем кафе «Блюз» часто отдыхают чиновники.

- Не вижу в этом ничего плохого. Мы работаем для всех вольчан и гостей города без исключения. Если удается сделать заведение привлекательным для любого посетителя, мы только рады.

- Откуда появилось название «Блюз»? Вы поклонник этого жанра?

- Вы будете смеяться! Название появилось из экономии. Неоновая вывеска стоит хороших денег, поэтому я решил, что на ней должно быть всего 4 буквы. Я объявил конкурс на лучшее наименование среди своих сотрудников, и в финал вышли два варианта: «Бриз» и «Блюз». Победил «Блюз», потому что мне больше нравится, как звучит это слово. Для того, чтобы соответствовать, на первоначальном этапе мы пригласили музыкантов, все они выпускники Самарской консерватории. Правда, от их услуг потом пришлось отказаться из соображений рентабельности.

- Вдруг вам предложат заманчивую должность или еще какие-нибудь стимулы, чтобы стали сговорчивее. Вы их примите? Пойдете ли на сделку, как когда-то уже случилось с оппозицией, действующей в Вольске?

 - Быть сговорчивее – это значит закрывать глаза на то, с чем не согласен. Нет. Это исключено. Это называется сделкой с совестью и честью, а я ими не торгую! Я не гонюсь за должностями. Мне нравится работать в качестве депутата, и я буду добросовестно исполнять свои обязанности. Я могу принять подобное предложение только в том случае, если увижу, что будут действительно востребованы мои качества и жизненные принципы, если я смогу приносить реальную пользу людям, а не просто посещать рабочее место для галочки. В то же время покидать ряды ЛДПР я не собираюсь не при каких предложениях.

- Знаете ли вы, как победить коррупцию?

- О способах решения говорили тысячи раз, и ничего нового я не добавлю. Например, почему у нас отсутствует принцип сменяемости власти? На каком бы высоком посту не находился бы человек, он должен понимать, что может вылететь в любой момент, если проявит непрофессионализм или непорядочность. Среди правоведов часто идут споры: повлияет ли на уровень коррупции ужесточение наказания. Мое мнение – повлияет. Хотя, с другой стороны – в Китае их пачками расстреливают, и все равно хищения продолжаются. Я не являюсь фанатом крайних мер, вроде смертной казни, но считаю, что такая санкция, как конфискация имущества, могла бы кого-нибудь остановить от разбазаривания бюджетных средств и других злоупотреблений. Ведь бывает такое, что он наворовал миллиардами, а его ловят на какой-нибудь мелочи. Ну, заплатит он штраф в полмиллиона. А дальше что? Опять воруй – не хочу? Думаю, всем понятно, почему парламентское большинство не хочет узаконивать эту меру воздействия.

- Это проблема всей страны, но если говорить о Вольске, то она поворачивается другой стороной, - продолжил Ашихмин. – О какой борьбе с коррупцией у нас можно говорить, если межведомственную комиссию по противодействию коррупции возглавляют главы администраций? Кто из них сможет проверить самого себя? Или высечь самого себя, как унтер-офицерская вдова? Однажды появилось предложение включить от горсовета в эту комиссию меня. Я воспринял предложение с радостью, потому что чувствую, что мог бы принести пользу, исполняя эту трудную, но полезную роль. И что получилось в итоге? В каких-то секретных переговорах, всех деталей которых я не знаю, приняли решение мою кандидатуру отклонить. Вас, журналистов, насколько я знаю, на такие обсуждения тоже никто не приглашал. Какая же это борьба с коррупцией, если все делается закрыто, тайно, по углам? Только имитация! Что, если провести честный референдум среди населения по поводу того, кого они хотят видеть в этой комиссии? Пивоварова? Ашихмина? Кого-то еще? А мы посмотрели бы, что скажет народ.

- Почему вы выбрали ЛДПР?

- Вы не представляете, сколько в нашей партии грамотных и порядочных представителей. Мне было достаточно первого взгляда, чтобы убедиться: этот корабль плывет в правильном направлении, и мне с ним по пути. После общения с некоторыми однопартийцами возникает надежда, что все-таки наступит время, когда в Вольске появятся прямые ровные дороги, все нуждающиеся получат качественное жилье, в городе откроются рабочие места, а молодежь перестанет уезжать. Надо только дать этим людям возможность действовать. Сейчас в ЛДПР проведена колоссальная кадровая работа, чтобы обновить состав. Я нашел в партии очень много единомышленников. Депутат Госдумы Антон Ищенко моментально откликнулся на вольские проблемы, как только узнал о них. Кстати, в Курской области губернатором является представитель ЛДПР. Вы можете посмотреть в интернете, как много делается в этом регионе. На самом деле я мог бы работать также, как работают сейчас, не вступая в партию, - признался предприниматель. – ЛДПР не отказала бы мне в поддержке, потому что наши взгляды на вольские проблемы абсолютно сходятся. Согласитесь: работать совместно все-таки гораздо эффективнее, чем в одиночку. Помните известную притчу про то, как ломают прутики поодиночке, и как в связке. Мы долго думали коллективно, стоит мне вливаться в ряды партии. Главный критерий – только бы не навредить тем сиротам с тапочкиной фабрики, права которых я отстаиваю. В итоге решили, что партбилет я получу. Теперь, имея его в кармане, я испытываю не меньшую гордость, чем Маяковский, который доставал из широких штанин паспорт Советского Союза.

- Не планируете ли еще одну попытку занять место в Облдуме?

- Скажу так: все может быть… Но теперь этот вопрос будет решаться не мной лично, а партией.

- Кстати, об единомышленниках. Чувствуете ли вы хоть какую-то поддержку от своих коллег по горсовету? Все-таки говорят, что один в поле – не воин.

- Не буду называть фамилии, но единомышленники у меня имеются даже среди единоросов. В силу определенных причин пока не все готовы заявить о своих взглядах открыто. Но в последнее время многие убедились в том, что можно говорить правду, можно ставить неприятные вопросы и ничего не бояться. Я вижу, что проблемы есть не только в моем округе. Решать их – прямая задача народного избранника, и я не понимаю позицию некоторых коллег, избравших тактику полного молчания. То, что говорю и делаю я, многим не нравится, многие моменты воспринимаются в «штыки», однако, как видите, я жив и продолжаю работать, как раньше. Правда, недавно случилась неприятность с автомобилем моего сына, когда неизвестные пытались его поджечь. Но этим поднять руки кверху и кричать: «Сдаюсь!» нас не заставишь.

- Что говорит полиция по этому делу?

- Пока идет проверка. Только что из уголовного розыска приехал сын, где давал показания на протяжении 3 часов. Сам я продолжаю склоняться к версии, что преступление совершено в связи с моей депутатской деятельностью. Слышал и другие мнения. Некоторые предполагают, будто я все инсценировал сам.

- Вам-то зачем это нужно?

- Вот и я спрашиваю: зачем мне это нужно? Говорят, что для собственного пиара. Но разве это пиар? Если организовать соревнование между самыми глупыми версиями, то эта взяла бы первый приз! Как такое в голову могло прийти? Кому нужна «известность», от которой разит такой желтизной! Если мне будет нужно, то есть более достойные способы напомнить о себе, чем портить имущество семьи. Как это ни печально, мы пришли к обществу, где, чтобы оказаться в центре скандала, достаточно просто прийти в администрацию и просто сказать правду. Успех будет обеспечен!

- Готовите ли вы еще какой-нибудь гвоздь для бюрократов, помимо домов на тапочкиной фабрике?

- Ну, что значит «гвоздь»? Я вовсе не ставлю перед собой задачи кого-то уколоть или уязвить. Такой кровожадности у меня нет. Моя цель по тапочкиной фабрике – восстановить нарушенные права ее обитателей. Если от моей работы кто-то чувствует какие-то уколы, то здесь, уж извините, не моя вина. Да, я планирую ставить в Совете новые вопросы. Да, они опять будут неприятными для власти. Но их нельзя замалчивать и игнорировать, потому что – это благополучие города и вольчан. К сожалению, я не волшебник. Я не могу взмахнуть волшебной палочкой, раздвинуть время и успеть абсолютно все.

- После вашего выступления на Горсовете по поводу тапочкиной фабрики газета, финансируемая администрацией, с сарказмом сравнила вас с Навальным, московским политиком, получившим известность как борец с коррупцией. Как вы относитесь к такому сравнению? Нравится ощущать себя местным Навальным?

- Про мое якобы сотрудничество с Навальным говорили еще до того, как я очутился в Горсовете. Когда я баллотировался в Облдуму, заявляли, будто за мной стоят Навальный и Немцов. Потом разобрались. Выяснилось, что меня с этими господами ничего не связывает. Как я отношусь к самому Навальному? Я уважаю такие качества, как смелость, честность, прямоту, интеллект. Парень говорит правильные вещи и ведет работу, которая необходима нашему обществу. С другой стороны, я вижу в нем склонность к популизму, даже к желтизне, а я к таким вещам отношусь отрицательно, и даже с презрением. Если кому-то хочется меня с кем-то сравнивать – пусть сравнивает. Сам я хочу быть похожим только на самого себя.

 

Олег Журбенко